// Сегодня опять проснулся в 5 утра и вспоминал текст этой песни

90df6618c71a5b2bd3766de41416ae71.png

Неоретро - Известково-асфальтовый принц-1611542978.mp3

Нашёл у них ещё очень хорошее:

// Иногда стихи бывают в песнях, хотя я не буду сильно защищать поэзию, так как сам не понимаю такого восхищения ею.

Попадались. Но я все равно их не люблю.

4409d959f5847151f3a8a58915b64f15.jpg

Просто тебе не попадались интересные тебе. 

Нн:ян? Это Театр Яда же.
// Джонни не любит стихи.

Боженьки, что это? 
// Отсыпьте хороших стихов лучше :3

Непреодолимое ощущение нн:ян'а лайт.

 я выучил её наизусть и повторяю, когда дела совсем плохи.

// Но первое, что меня поразило в ней, быть может  мы и правда -- просто двигатели внешнего сгорания?

//необычные ассоциации в этой песне.

Мягкая, белая и пушистая, как плесень.

fuck-you-mtv-daria-jane-Favim.com-4154595-1615728466.jpeg

// Давно ничто меня так не удивляло по-настоящему.

```
Тюльпан предсмертный раскрывает лепестки
И, увядающий, роняет их на мраморную скатерть.
Остатки праздника в предверии тоски,
И в этот вечер я с тобою вместе заперт.

Я здесь нечаянно, почти незванный гость,
Зачем остался — уже не помню, но скорей не знаю.
Они ушли гурьбой, а мне хотелось врозь,
Если не гонишь, пожалуйста, плесни мне чаю.

Меня не бойся, я всего лишь компонент, 
Карманный фактор душевного опустошения.
И под нескладный мой аккомпанемент — 
Чужое эхо чужого радиопения.

Но не проси, ты не услышишь от меня
Ни грустных песен, ни крамольных, ни веселых.
Транзитный менестрель, сегодня я бегу огня.
Какая роскошь: быть беспечным, быть бесполым... 

Кармин ногтей, кровавые бусы, пятна крови, черви, бубны.
Ещё один тюльпан роняет в пепел --
Такой дорогостоящий уход от суеты скверны, 
От тех, кто светел, но не свят; свят, но не светел.

Гораздо проще - интеллигентность, возведённая в квадрат.
Тебе на выбор: маска или шоры,
Но не хотел бы я узнать, о чём они молчат,
Когда вдруг провисают их цветные разговоры.

Тогда есть медленная музыка и медленные голоса,
Желатиновые танцы и потайные двери,
Дельфийского фарфора лица и ртутные глаза,
И всё что я могу — по крайней мере

Остаться лишь набором цифр в чьих-то записных,
Безымянным профилем в чужом фотоальбоме, 
Но никогда мне не покинуть список запасных
Гостей, затерянных такого-то числа в таком-то доме...

Скольжение мимо, перекличка голосов сквозь этажи,
Торты, шампанское, букеты, а потом — пустоты.
Приходят люди, а уходят типажи,
Но если б ты меня спросила: "Кто ты?"...

Я б этого не знал... И был бы прав.
Что я могу об этом знать заранее?
И, может быть, на языке цветов, камней и трав,
Мы — только двигатели-двигатели-двигатели внешнего сгорания.

И этот вечер — тоже медленная смерть.
Мы движемся по разным горизонтам лабиринта.
Слепой дуэт под управлением инстинкта,
В слепом стремлении успеть туда, куда нам некогда успеть.

И не отбрасываем тени, и наши звёзды так низки, 
И каждый выход — лишь одно из калиброванных отверстий
В том мире, где тюльпан, распахивая лепестки,
Желает сам себе спокойной смерти.
```

// Давно ничто меня так не удивляло по-настоящему.
Тюльпан предсмертный раскрывает лепестки
И, увядающий, роняет их на мраморную скатерть . 
Остатки праздника в предверии тоски,
И в этот вечерт я стобою вместе заперт.


Я здесь нечаянно, почти незванный гость,
Зачем остался — уже не помню, но скорей не знаю.
Они ушли гурьбой, а мне хотелось врозь,
Если не гонишь, пожалуйста, плесни мне чаю.


Меня не бойся, я всего лишь компонент, 
Карманный фактор душевного опустошения.
И под нескладный мой аккомпанемент — 
Чужое эхо чужого радиопения.


Но не проси, ты не услышишь от меня
Ни грустных песен, ни крамольных, ни веселых.
Транзитный менестрель, сегодня я бегу огня.
Какая роскошь: быть беспечным, быть бесполым... 


Кармин ногтей, кровавые бусы, пятна крови, черви, бубны.
Ещё один тюльпан роняет в пепел --
Такой дорогостоящий уход от суеты скверны, 
От тех, кто светел, но не свят; свят, но не светел.


Гораздо проще - интеллигентность, возведённая в квадрат.
Тебе на выбор: маска или шоры,
Но не хотел бы я узнать, о чём они молчат,
Когда вдруг провисают их цветные разговоры.


Тогда есть медленная музыка и медленные голоса,
Желатиновые танцы и потайные двери,
Дельфийского фарфора лица и ртутные глаза,
И всё что я могу — по крайней мере


Остаться лишь набором цифр в чьих-то записных,
Безымянным профилем в чужом фотоальбоме, 
Но никогда мне не покинуть список запасных
Гостей, затерянных такого-то числа в таком-то доме...


Скольжение мимо, перекличка голосов сквозь этажи,
Торты, шампанское, букеты, а потом — пустоты.
Приходят люди, а уходят типажи,
Но если б ты меня спросила: "Кто ты?"...


Я б этого не знал... И был бы прав.
Что я могу об этом знать заранее?
И, может быть, на языке цветов, камней и трав,
Мы — только двигатели-двигатели-двигатели внешнего сгорания.


И этот вечер — тоже медленная смерть.
Мы движемся по разным горизонтам лабиринта.
Слепой дуэт под управлением инстинкта,
В слепом стремлении успеть туда, куда нам некогда успеть.


И не отб